| Новости | События | Статьи | Рецензии | Интервью | Фильмы | Галереи | | Книги | Телепрограмма | Последние обновления | Download | |  |
|
 Люди: Ван Цзя Вэй (Вонг Карвай) Чхан Ук Пак Корэ-эда Хирокадзу Юя Ягира Фильмы: 2046 Выпускник (Олдбой) Никто не узнает |
Красный май на Круазетт: Игра в поддавки06.11.2004, «Искусство кино», Лев Карахан Прошел год. Изменилась программа фестиваля, изменился состав жюри. Его возглавил уже не Патрис Шеро, а режиссер совсем другого склада — Квентин Тарантино, но история в точности повторилась. Только роль «Догвиля» на этот раз сыграл фильм Вонг Карвая «2046». Он был главным, у всех на виду и вдруг словно исчез, выпал из поля зрения и не получил ни одну из каннских премий. Есть в этом повторе что-то очень похожее на тенденцию, на объективный процесс, уже не зависящий от конкретной воли конкретных людей. И наоборот, нечто вроде глубокой зависимости этой конкретной воли конкретных людей от процессов и тенденций, которые самочинно перекраивают культурное пространство, перекраивают — по законам очень динамично и своеобразно развивающейся «культурной индустрии». И не то чтобы эти законы противоречили культуре в принципе. Но они так переиначивают ее пространство, так перекраивают ее привычные ходы, словно вместо традиционной партии идет игра в поддавки и чтобы выиграть, надо проиграть. Когда-то большие, с мировым именем, режиссеры, не получив «Пальму», которую они, по всеобщему и своему собственному разумению, уже давным-давно заслужили, гневались. Гневался Годар, гневался Тарковский, совсем недавно — Михалков, Альмодовар, Ангелопулос, который прямо на сцене даже толкнул своего удачливого конкурента Кустурицу и, кажется, через год получил-таки «Пальму». Гневаться было принято, и это вполне укладывалось в логику реальной борьбы с ее реальными страстями. Теперь иначе. Обделенные мэтры, современные классики, проявляют странную терпимость и такт по отношению к общей вроде бы не слишком благоприятной для них каннской ситуации. В прошлом году без наград, но как победитель удалился из Канна фон Триер. В этом году странным оптимизмом был исполнен ничего не получивший Вонг Карвай. Не выказывал неудовольствия и Кустурица, который отдал в каннский конкурс разве что «за спасибо» один из лучших своих фильмов «Жизнь — это чудо». В этой картине обычная для Кустурицы военно-полевая балканская вакханалия неожиданно прорастает потрясающей по чистоте и цельности историей современных Ромео и Джульетты, зачумленных, замордованных жизнью, но, оказывается, абсолютно открытых для неистовой беззаветной любви. По разным причинам (или под разными предлогами) сами отказались от участия в конкурсе Чжан Имоу и Педро Альмодовар. Изначально устранившись от борьбы за «Пальму», они благородно удалились на более или менее почетную каннскую периферию, хотя и тот и другой сделали в этом году вполне конкурентоспособные картины. «Дом летающих кинжалов» Чжана Имоу продемонстрировал запредельное, с поистине китайской виртуозностью явленное постановочное мастерство (чего стоит хореография сцены боя в бамбуковой роще) и тут же — тонкую, изысканную иронию по отношению к собственному постановочному мастерству и жанру боевых искусств в целом. Кто другой мог бы добиться такой органики, вживляя абсолютно современную детективную интригу с двойным агентом в эпоху династии Тан (859 год). А фильм Педро Альмодовара «Дурное воспитание» так и вообще сразу же был признан каннской публикой шедевром. В этой исповедальной картине мастер делает уже не первую, трудную и на этот раз чрезвычайно изощренную в драматургическом отношении попытку ввести моральную градацию в традиционно отвергаемый моралью мир сексуальных перверсий, к которому принадлежит сам режиссер. Говорят, на приеме, посвященном фильму Альмодовара, Тарантино дико сокрушался, что «Дурное воспитание» не в конкурсе. «Fucking masterpiece, fucking amazing», — восклицал впечатлительный президент жюри. Но в новой каннской игре он же нашел и вполне подходящее утешение — тоже «fucking» и тоже «amazing» фильм корейского режиссера Пак Чхан Ука «Старина» (Old Boy).
По слухам, Тарантино прочил этот фильм на «Пальму», пока, не поддавшись общему альтернативному экстазу, не увенчал главной наградой Майкла Мура. Но именно Пак Чхан Ук, удостоенный второй по значению премии фестиваля Гран-при, явился в призовом списке фактически первым по ведомству искусства, так как никто даже не пытался представить «Фаренгейт 9/11» большим эстетическим достижением. И коль скоро с легкой руки Тарантино так вышло, что Пак Чхан Ук и Альмодовар оказались в общей связке, можно на их конкретных примерах попытаться понять, чем новое призовое искусство отличается от искусства прежних каннских победителей. Может быть, действительно случилось что-то революционное и каннские поддавки — вовсе не поддавки? Сравнение тем более уместно, что Тарантино чудак чудаком, но вкус имеет очень определенный и вовсе не случайно вскинулся именно на Альмодовара и Пака Чхан Ука. Признанного западного демиурга и восходящую звезду Востока объединяет прежде всего то, что они оба работают в зоне морального риска. Альмодовар призывает проникнуться сочувствием к романтичному кинорежиссеру-гомосексуалисту и благообразному священнику-педофилу, ибо и гомосексуалист, и педофил были жестоко обмануты своекорыстным и безжалостным подонком актером (вот уж кто в авторской иерархии настоящее исчадие ада), в разное время искушавшим и шантажировавшим их обоих. Пак Чхан Ук предлагает не менее экстравагантную коллизию: брат, романтическая сексуальная связь которого с родной сестрой была разоблачена, мстит разоблачителю, поскольку сестра в результате разоблачения покончила с собой. Месть состоит в заточении разоблачителя на пятнадцать лет в некую частную тюрьму, с тем чтобы за это время подросла его дочь и брат-мститель смог подстроить инцест высшей пробы, соединив ничего не подозревающих дочь с отцом. Замысел воплощается, и подобие морального авторского вопроса, возникающего в связи со всем случившимся, можно выразить следующим образом: что же все-таки моральнее (или аморальнее?) — жить с сестрой или, подглядев, болтать об этом? Не углубляясь далее в проблематику фильмов, можно лишь констатировать некую общность Альмодовара и Пака Чхан Ука в понимании морали и представлениях о подвижности ее границ. А различие состоит в том, что Альмодовар при всей своей постмодернистской игре в нарушение границ дозволенного и ревизии опорных культурных связей никогда не теряет эти связи на уровне эстетики, художественного целого. И тем самым выражает внутреннюю включенность в глобальный мир, приверженность его ценностям. Что же касается удалого Пака Чхан Ука, то он сделан совсем из другого теста и одним своим существованием являет альтернативу глобальному status quo. Дело даже не в том, как умопомрачительно в его фильме рвут зубы, режут языки и откручивают головы. Безумно изобретательно и энергично (этого не отнимешь) он обрушивает не только границы общедозволенного, но и целенаправленную художественную организацию в своем кинопроизведении. Образный мир его фильма подобен дикому и не поддающемуся эстетической гармонизации коллапсу. Но если все же попытаться усмотреть эстетическое начало и в этом выбивающемся из всех привычных культурных стандартов зрелище, то неожиданно оказывается, что оно вовсе не выходит из хорошо знакомого цивилизации круга мифологем и архетипов. Просто в картине Пака Чхан Ука они представлены в виде своеобразного эстетического ground zero (уровень ноль). А «уровень ноль», как известно, есть вовсе не вновь созданная реальность, а лишь устрашающий катастрофический образ разрушения все той же старой, глобальной ее же собственными силами и средствами, а значит, и образ глубочайшей внутренней зависимости от этой глобальной реальности ее оппонентов-разрушителей. Но есть беспроигрышный еще со времен Жан-Жака Руссо вариант построения самоценной альтернативы цивилизованному обществу и безусловного предъявления другого — этновызов. Чтобы Пак Чхан Ук не оказался на поверку всего лишь плохо управляемым и маргинальным товарищем Альмодовара по глобальной команде, нынешний Канн культивировал этот этновызов с особым усердием. Этностилистика была выдержана не только в программировании, что не ново, но и беспрекословно в распределении призов. Даже в виртуозном американском мейнстриме братьев Коэн «Игры джентльменов» жюри изловчилось выделить именно афро-американскую актрису Ирму П. Холл (Спецприз жюри). Зато идеальный американец Том Хэнке, сыгравший в этом же фильме одну из лучших своих ролей, точно и последовательно выдержанную в откровенно гротесковом рисунке, конечно же, не получил ничего. Приз за лучшую мужскую роль достался милому, но еще совсем не актеру Ягире Юе — двенадцатилетнему мальчику из японского фильма «Никто не знает». Что же касается Вонга Карвая, явившего в Канне замечательный и самобытный образец по-настоящему другой ментальности и, если угодно, полноценного этнокинематографа, то он как раз и не прошел, не мог пройти строгий призовой фейс-контроль. Ведь сущностный «этнографизм» Вонга на самом деле очень близок в своей созидательной эстетической конструктивности тому же фильму братьев Коэн, и поэтому Вонга гораздо труднее предъявить как альтернативу, чем искусственно вырванную из фильма «Игры джентльменов» Ирму П. Холл. Сыгранная ею провинциальная негритянка, с варварским комизмом опрокидывающая все базовые установления американской цивилизации, — как раз то, что надо для этновызова. И какой бы загадочно альтернативной экзотикой не веяло от призовых каннских фильмов, они, так или иначе, оказываются внутренним продуктом цивилизации, заменяющим ненаходимую внешнюю оппозицию. Это относится и к «Тропической лихорадке» тайского режиссера Апичатпонга Вее-расетхакула (Спецприз жюри), которая, при всех тропических фокусах с ме-тампсихозом выдает постановщика, получившего хорошее кинообразование в Чикагском институте искусств и имеющего немало общего с экспериментами американских «независимых» в области видео. В рамках вполне традиционного, хотя и бесхитростного роуд-муви остается и фильм «Изгнание» Тони Гатлифа (Приз за режиссуру), казалось бы, так бескомпромиссно противополагающий цивилизации странную смесь из таборной цыганской свободы и экстатического суфийского обряда возвращения к корням. Имитацию альтернативы всегда сопровождает один и тот же характерный признак. При всем своем наступательном и агрессивном задоре она остается глобально зависимой от порождающей ее, дающей ей разыграться, попугать себя цивилизации. Поэтому все альтернативные каннские победители могут играть и выигрывать лишь до тех пор, пока есть кому поддаваться, пока есть большие имена и большие фильмы, по-прежнему делающие в Канне погоду и задающие глобальный масштаб этому фестивалю. Не важно, что эти имена и эти фильмы, принимая новую культурную тактику, оттягиваются на каннскую периферию, они побеждают не формально, а по существу, оберегая и поддерживая саму идею эстетического созидания — будь то китайский артхаус или американский мейнстрим. Остальные статьи: 25.09.2006 Корейская историческая эпопея на гей-тему может получить Оскара 01.04.2006 Концертные фильмы Сого Исии 31.01.2006 Плохие девчонки атакуют 24.11.2005 Истории о женщине-якудза 07.11.2005 Крис Дежарден. «Мастера японского кино вне закона» 05.07.2005 Белоснежка и монахи 08.06.2005 Любовь и анархия под деревом гинко 03.06.2005 И про старуху бывает порнуха. А тут молодые 11.04.2005 Благоприятен брод через великую реку 25.03.2005 Иранский кинематограф: Маджид Маджиди 22.03.2005 Маршрут и пристанище 17.02.2005 Честь, достоинство и дырявые носки 04.02.2005 Японское кино вышло из «Врат ада» 01.02.2005 Самурай испустил дух 25.01.2005 Развилки и перепутья 25.01.2005 Анастасия Потанина изобразила кореянку 25.01.2005 История аниме — японского анимационного искусства 25.01.2005 Красота по-китайски 24.01.2005 Фотопроект Кима Ки Дука и Анастасии Потаниной 22.01.2005 Метал и плакал 17.12.2004 Взлет популярности японского жанрового кино 01.12.2004 Сенсация индийского кино: мистический триллер 01.12.2004 За великую Корею 23.11.2004 Тарантино снимет боевик на китайском языке 23.11.2004 Скандал вокруг провалившегося фильма в Китае |
ТЕНЬ СЁГУНА - ПОСТЕРЫ И АФИШИ
 НОВОСТИ
РЕЦЕНЗИИ
ИНТЕРВЬЮ
|
|||||||||||||||||||
| cinemasia | Copyright © 2003-2007 "CINEMASIA" Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в форуме. Пишите нам: info@cinemasia.ru |
Медицинская справка у 086. Медицинская справка форма 286у. Где сделать медкнижку. |