| Новости | События | Статьи | Рецензии | Интервью | Фильмы | Галереи | | Книги | Телепрограмма | Последние обновления | Download | |  |
|
 Люди: Ань Ли Фильмы: Крадущийся Тигр, затаившийся Дракон |
Тигр подкрался и подралсяКрадущийся тигр, невидимый дракон 08.06.2005, «Искусство кино», Дмитрий Комм Вопрос был лишь в масштабах триумфа. И — вот чего никто не предвидел — «третья волна» оказалась девятым валом. Ни Брюсу Ли, ни Джону Ву не снились сборы в $153 млн и четыре «Оскара». Впервые у касс американских кинотеатров выстраивались очереди, чтобы посмотреть фильм на китайском языке с субтитрами. На «оскаровской» церемонии казалось, что Киплинг посрамлен, и Восток с Западом, наконец, сошлись, объединенные искусством. Усяпянь — старинный жанр, пришедший в кино из постановок Пекинской Оперы (отсюда театральность и полеты при помощи тросов) и романов о боевых искусствах. Действие их, как правило, разворачивалось в фэнтезийном пространстве, выдаваемом за «древний Китай», а герои были представителями «мира боевых искусств» — самой замкнутой и мифологизированной касты китайского общества. Соответственно, целью этих героев являлся контроль над миром боевых искусств или, на худой конец, поиск какого-либо атрибута, позволяющего этот контроль установить, — например, древней рукописи с описанием «непревзойденного стиля кунфу». Романы эти, своего рода азиатские аналоги «историй плаща и шпаги», сочинялись как классиками китайской литературы, так и авторами ХХ века. К числу последних принадлежит Вану Дулу, по произведению которого снят «Крадущийся тигр…». Приход коммунистов к власти в Китае прервал развитие жанра. Коммунисты запретили его, объявив «буржуазным и вредным для трудящихся». Ван Дулу, как и десятки других писателей, не опубликовал больше ни строчки. Традицию продолжили гонконгские писатели и кинематографисты (герои «Любовного настроения» Вонг Карвая как раз заняты написанием романа в жанре усяпян). В кино истории о боевых искусствах прошли путь от похожих друг на друга как близнецы, канонических постановок студии Shaw Brothers до эстетически разнообразных ревизионистских картин представителей новой волны. Медитативный «Прах времен» Вонга Карвая, провокационно-эротичный «Меченосец 2» Чина Сютуна, циничный и жестокий «Выжженный рай» Ринго Лама, по-феллиниевски фантасмагорическая «Бабочка и меч» Майкла Мака — этот далеко неполный список лучших гонконгских фильмов о боевых искусствах 90-х доказывает, что жанр оказался удобным полигоном для реализации самых разных художественных концепций. Тем не менее, эти картины продолжали оставаться неконвертируемыми на Западе из-за специфической поэтики, заставлявшей неподготовленного европейского зрителя квалифицировать фильм, как сказочный. (Я сам давал посмотреть фильмы о боевых искусствах двум известным нашим кинокритикам и получил их обратно с эпитетами «сказочка» и «детское кино»; а в «детском кино» руки-ноги рубили, и кровь хлестала фонтанами!) Речь идет в первую очередь о постановке боевых сцен, во время которых герои проводят больше времени в воздухе, чем на земле, а их способности далеко выходят за рамки реализма. Пробежки по стенам и потолкам, сражения на верхушках деревьев и парения в воздухе отнюдь не являются чем-то необычным для этих фильмов. Однако невероятные способности героев не имеют ничего общего с фантастикой. Скорее, это гипербола, подобная тем, что встречаются в былинах. В том, что Илья Муромец может схватить Идолище Поганое за ноги и начать побивать им вражеское войско, нет ничего невероятного. Достаточно посмотреть соревнования по акробатическому рок-н-роллу, чтобы убедиться: атлету действительно под силу размахивать другим человеком, как дубиной. Сказитель просто допускает поэтическое преувеличение: «где махнет — улица, отмахнется — переулочек». Так же обстоит дело и с усяпян. Те, кто видел фильмы Джеки Чана, знают: человек на самом деле может бегать по стенам. Авторы фильмов о боевых искусствах просто используют гиперболу, заставляя своих героев при помощи тросов пробегать по стенам изрядные расстояния. Для азиатского зрителя «полеты» не признак того, что персонаж наделен сверхъестественными силами, а просто очень высокие прыжки великих мастеров кунфу. (Иногда на экране появляются действительно сказочные герои — колдуны, чудовища, ожившие мертвецы, и фильм приобретает черты фэнтези. Но сражаться с нечистью герои все равно будут при помощи боевых искусств.) Тайванец Ань Ли за годы работы в Голливуде приобрел репутацию всеядного хамелеона, которому равно доступны и эстетика викторианской мелодрамы («Разум и чувство»), и духовные метания американских шестидесятников («Ледяной ветер»), и реалии Гражданской войны между Севером и Югом («Гонка за дьяволом»). В «Крадущемся тигре…» режиссер ступил на территорию жанра, в котором, будучи китайцем, должен был чувствовать себя органичнее всего. Ли неоднократно говорил в интервью, что с юных лет мечтал сделать фильм о боевых искусствах. И, по всем формальным признакам, «Крадущийся тигр, невидимый дракон» является таковым. Название, отсылающее к стилям кунфу, действие, разворачивающиеся среди мастеров боевых искусств, поиски древнего меча по имени «Зеленая Судьба» в основе сюжета, наконец, пресловутые полеты по воздуху позволяют уверенно идентифицировать картину, как относящуюся к жанру усяпян. Ань Ли также утверждал, что стремился воплотить на экране «абстрактный Китай, порожденный фантазией». Косы у мужчин и стиль одежды позволяют определить, что действие происходит после маньчжурского нашествия, но дальнейшей конкретизации фильм не допускает, да она и не требуется. История запутанных отношений между великим воином Ли Мубаем, его боевой подругой Шульен, юной аристократкой Джен и благородным разбойником по кличке Темное Облако могла случиться и в XIX столетии, и десятью веками ранее; бег времени мало влиял на уклад Поднебесной. На первый взгляд кажется, что Ану Ли снова удалось проявить хамелеонские качества и прибавить к своей коллекции жанров еще один. Однако чтобы понять причины успеха «Крадущегося тигра…», нужно говорить не столько о его сходстве с другими образцами фильма о боевых искусствах, сколько об отличиях. Обозреватель газеты Variety Дерек Элли первым обратил внимание на распределение кассовых сборов картины. Выяснилось, что наибольшим успехом «Крадущийся тигр…» пользовался в Америке и Европе, значительно меньшим (по местным меркам) — в Южной Корее; что касается других регионов Юго-Восточной Азии, включая Гонконг и Тайвань, то там сборы были «особенно разочаровывающими». Это позволило ему сделать вывод о том, что фильм был принят зрителями прозападной ориентации (к которым с оговорками можно отнести и аудиторию Южной Кореи), но прохладно встречен собственно азиатской публикой. В самом деле, по канонам усяпяня, «Крадущийся тигр…» должен быть оценен ниже среднего. И сюжетная структура, и характеристики персонажей, и, в первую очередь, постановка боевых сцен должны были смутить азиатского зрителя. К хореографии классика кино боевых искусств Юэн Упина претензий быть не может. Вопрос в съемке и монтаже. Гонконгские режиссеры всегда стремились, чтобы воздушные сальто-мортале в их фильмах выглядели реалистично. Полет снимался несколькими камерами с разных точек (или одной камерой, но с разными дублями) и монтаж производился по принципу клипа. За две-три секунды перед зрителем мелькало несколько монтажных склеек. Прыжок, план снизу, план сбоку, удар на крупном плане, приземление. Ошеломленный зритель не успевал осознать, что в этом полете герой умудрялся нарушить чуть не все законы физики. Ань Ли снял боевые сцены длинными, средними и общими планами. При этом вся неестественность полетов по воздуху оказалась акцентирована. Зритель ясно видит отсутствие мускульного усилия в момент, когда герои отталкиваются от земли, и замечает, как они болтают ногами, стараясь нащупать точку опоры при приземлении. Несмотря на то, что все трюки были исполнены при помощи традиционной техники полетов на тросах (лишь для финального падения героини в пропасть использовался «синий экран»), никакого ощущения реализма в «полетах» не возникает; напротив, они кажутся смоделированными на компьютере и разворачивающимися, как в «Матрице», в неком виртуальном пространстве. Это почувствовали и многие рецензенты. Так, критик из Time, мучительно подбирает слова, чтобы объяснить своим читателям, какое сногсшибательное зрелище он посмотрел, и, наконец, находит их: оказывается «Крадущийся тигр…» - «это «Матрица», встречающаяся с Дэвидом Лином»! Такая характеристика схожа с некоторыми статьями в российской прессе, описывающими фильм, как «сказку», куда «для постановки боев были приглашены мастера спецэффектов (!) из «Матрицы». Утрированная ненатуральность воздушных кульбитов в фильме привела к тому, что в восприятии европейцев они стали выглядеть не как исполненные реальными людьми в реальном пространстве (все актеры делали трюки сами, без дублеров), но как тотальный спецэффект, очередной после «Матрицы» шаг на пути виртуализации экранной материи. «Крадущийся тигр…» оказался иллюстрацией популярной теории о «невесомом теле» в современном кино. Согласно ей, время твердо стоящих на земле, мускулистых, плотских героев, которых воплощали Шварценеггер или Сталлоне, осталось в 80-х годах. Герои 90-х — парящий в воздухе Итон Хант из «Невыполнимого задания» или легко взмывающий над небоскребами Нео из «Матрицы» — не ощущают на себе земного притяжения и существуют в неком цифровом пространстве, где законы физики преодолеваются одним усилием воли. В фильме Аня Ли герои уже не просто парят, но летают как ракеты, над крышами домов и лесными чащами. Можно спорить, стремился ли режиссер достичь такого эффекта сознательно, или он явился следствием его некомпетентности в жанре боевых искусств (трудно обвинить в некомпетентности лучшего оператора Гонконга Питера Пяо, снимавшего такие шедевры как «Убийца» Джона Ву и «Терракотовый воин» Чин Сютуна), но, бесспорно, что именно это обстоятельство способствовало как успеху фильма на Западе, так и неудаче на Востоке. Что действительно получилось случайно — так это полюбившийся западным зрителям феминизм картины. Женщин в последние годы активно приглашают в фильмы о боевых искусствах, — это связано как с повышением их роли в гонконгском обществе, так и с тем, что звезды-актрисы в Азии стоят намного дешевле своих коллег-мужчин, — но Ань Ли превзошел всех. В «Крадущемся тигре…» все развитие действия определяется женскими персонажами, олицетворяющими три поколения актрис в боевом кино. Младшее поколение представляет сыгравшая строптивого «дракона» двадцатилетняя китайская актриса Чжан Цзыи, открытая год назад Чжан Имоу и потому окрещенная «новой Гун Ли»; среднее — гонконгская суперзвезда Мишель Йео, находящаяся в расцвете своей красоты и славы; наконец, старшее поколение воплощает и вовсе легендарная личность — Чэнь Пейпей, первая женщина, допущенная в 60-е годы в кино боевых искусств (она сыграла злодейку Нефритовую Лису). На фоне бесстрашно сражающихся женщин, тяжеловесный и почти лишенный боевых сцен Чоу Юнфат выглядит надоедливым резонером, одержимым маниакальной страстью к поучениям. На самом деле Ань Ли не хотел этого. На главную роль он планировал пригласить Джета Ли, звезду дюжины фильмов о боевых искусствах, чье присутствие уравновесило бы женскую линию и позволило продемонстрировать, что герою действительно есть чему учить. Однако Джет Ли, связанный контрактом на съемки в «Ромео должен умереть», отказался. Если бы режиссеру был важен успех в Азии, он мог пригласить другого актера, искушенного в этом жанре, например, каннского триумфатора Тони Люна, в свое время блестяще проявившегося в «Прахе времен» и «Бабочке и мече». Но Ань Ли оглядывался на Америку, где знали лишь трех китайцев — Джета Ли, Джеки Чана и Чоу Юнфата. По собственному признанию, он подумывал о Джеки Чане, но потом все же пригласил Чоу, не владевшего кунфу и никогда не снимавшегося в фильмах о боевых искусствах, и даже переписал под него сценарий. В итоге, великий воин Ли Мубай остался без дела, весь экшен взяли на свои хрупкие плечи женщины, европейцы получили знакомое лицо на экране, но азиаты, моментально просекающие лажу в боевых сценах, не простили надругательства над героем. Наконец, Ань Ли, умеющий из любого сюжета вытащить мелодраму, умышленно нарушил соотношение между боевыми и лирическими эпизодами в пользу последних (в классическом усяпян должно быть наоборот), чем привел фильм к обожаемой американцами жанровой формуле «любовь на фоне эпохи». Европейцам же была подарена возможность интерпретировать месседж фильма в католическом духе, как метафору борьбы добра и зла за душу героини. Подобная интерпретация может быть применима к каждому второму фильму о боевых искусствах, в особенности к тем, где речь идет о выборе молодым бойцом Учителя, и всегда неправильна, ибо выбор Учителя в восточной традиции есть не выбор между добром и злом, а выбор между подлинным и ложным Знанием. Но сама возможность такой трактовки способствовала теплому приему картины в Европе. Таким образом, успех «Крадущегося тигра, невидимого дракона», отчасти обязанный умелой игре Аня Ли на разнице культурных кодов Европы и Азии, а отчасти — стечению обстоятельств, не привел к экстатическому слиянию Востока и Запада. Азия в очередной раз с недоумением наблюдает за восторгами чудаковатых «белых дьяволов» и в очередной раз готовится воспользоваться плодами этих восторгов, а именно: инвестициями в кино боевых искусств и спросом на его актеров, режиссеров и хореографов боев. Фильм Аня Ли уже подвиг Цуи Харка на создание ремейка/сиквела своей классической картины 1982 года «Зу: Воины с волшебной горы»; новая лента будет называться «Легенды Зу», а главную роль в ней сыграет Чжан Цзыи. Еще один исторический эпос запущен в Южной Корее, — он называется «Воин», и в нем тоже снимается Чжан Цзыи. Тигр крадётся… Остальные рецензии: 08.08.2007 Меч и сакура 21.09.2006 Однажды в послевоенной Японии... 19.09.2006 Призрачная правда 21.08.2006 Раздвоение двуличности 31.01.2006 Самураи в подлиннике 20.09.2005 Натянутая тетива 15.09.2005 Амазонки, вот вам меч 04.08.2005 Без души, но с душком 12.06.2005 Если у вас нет жены 08.06.2005 Искусства боевые и любовные 08.06.2005 Пограничная трагедия 08.06.2005 Тигр подкрался и подрался 08.06.2005 Слепой с мечом — это страшная сила 08.06.2005 О вреде мобильных телефонов 08.06.2005 Случайный шпион 08.06.2005 Джеки Чан и его двойник 07.06.2005 Капризное облако 30.05.2005 Жесткое арбузное порно 05.05.2005 В каком ухе звенит? 22.03.2005 Просто балет 18.03.2005 Шара 17.02.2005 Новая полицейская история 28.01.2005 Империя цифр 26.01.2005 Любовное настроение андроидов-китаянок 17.01.2005 Дом летающих кинжалов |
ТЕНЬ СЁГУНА - ПОСТЕРЫ И АФИШИ
 НОВОСТИ
РЕЦЕНЗИИ
ИНТЕРВЬЮ
|
|||||||||||||||||||
| cinemasia | Copyright © 2003-2007 "CINEMASIA" Редакция не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в форуме. Пишите нам: info@cinemasia.ru |
Постоянный контроль! Горячее цинкование в Челябинске выполняется профессионалами! |